GEA в России
+7(495) 787-20-20
Перезвоните мне
GEA Refrigeration RUS
Статьи

«Россия находится в числе тех рынков, с которыми мы связываем самые большие надежды»

Журнал «100 Вопросов и ответов о Бизнесе в России»
2014

Интервью в журнале «100 вопросов и ответов о бизнесе в России» с Оливером Ческотти, генеральным директором ООО «ГЕА Рефрижерейшн РУС»

Бурная и насыщенная история GEA насчитывает уже 150 лет. Как развивалась компания?

В группу ГЕА еще совсем недавно входило свыше 300 юридических лиц. Поэтому трудно с уверенностью сказать, когда началась ее корпоративная история. Истоки восходят к металлургической компании Metallgesellschaft, которую основал Вильгельм Мертон в конце XIX века. Собственно GEA была основана как предприятие, производящее оборудование для пылеулавливания, и приобретена компанией Metallgesellschaft в 1999 году. После нескольких реорганизаций с 2005 года существует  акционерное общество GEA Group AG. GEA теперь расшифровывается как Global Engineering Alliance (Глобальный инжиниринговый альянс). Что касается непосредственно нашей деятельности, то здесь решающую роль сыграл голландский инженер Виллем Грассо, изготовивший в начале XIX века первый аммиачный холодильный компрессор. В России на сегодняшний день главным направлением деятельности являются  холодильные агрегаты и установки на базе винтовых и поршневых компрессоров собственного производства. Еще в XX веке в  Советском Союзе были известны компрессоры VEB Kuehlautomat на которых основаны наши сегодняшние винтовые компрессоры .

Какие продукты из обширного портфолио ГЕА Вам уже удалось закрепить на  российском рынке?

Очень многие, причем из разных направлений деятельности нашего концерна. В нашем специфическом направление – производстве промышленного холодильного оборудования – мы являемся одним из лидеров рынка, в России в нашей компании трудится более 110 сотрудников. Мы производим и поставляем крупные холодильные установки для низкотемпературного применения. Нашим оборудованием оснащено свыше 70% пивоваренных заводов России. В числе основных клиентов – пищеперерабатывающая и химическая промышленность, то есть все те производства, где требуется высокая холодопроизводительность.

Холод также нужен для санно-бобслейных трасс…

Да, санно-бобслейная трасса в Сочи оказалась настоящим вызовом, над решением которого мы трудились более двух лет. В то же время это было крайне интересно ввиду отсутствия готовых стандартных решений. Мы начали с того, что посетили несколько зарубежных санно-бобслейных трасс в надежде набраться опыта, однако все эти объекты оказались совершенно разными и не могли предоставить нам готового решения.

Сложность заключалась в различающихся условиях эксплуатации больших участков трассы. В Сочи можно отдельно регулировать температуру для каждого поворота трассы с точностью до одного градуса, что позволяет эксплуатирующим службам управлять температурным режимом непосредственно из диспетчерского пункта зависимости от значительно колеблющихся погодных условий и инсоляции.

Кроме того трасса в Сочи – это первое спортивное сооружение в России с прямым аммиачным охлаждением. Это изначально вызывало немало дискуссий и потребовало отдельного согласования специальных технических условий в государственных надзорных органах. В этом смысле СБТ Сочи стал прецедентом в области  строительства холодильных установок в России.

Но ведь это не то, чем Вы занимаетесь ежедневно?

Да, это так. Наш ежедневный бизнес – это поставка холодильного оборудования на предприятия по переработке продуктов питания и химической промышленности, т.к. низкие температуры требуется во многих химических процессах. Весьма динамично развивается и такое направление деятельности, как сжатие газа в сфере энергетики, а также в нефтехимической и химической промышленности. Мы предлагаем новые решения для газовых месторождений, которые близки к истощению. Подобные установки работают в экстремальных климатических условиях Сибири и должны быть очень надежными, так как им приходится до 10 месяцев в году работать с дистанционным управлением без техобслуживания. Здесь мы столкнулись со специфическими техническими проблемами, решения которых не существовало в рамках концерна. Наши российские инженеры успешно со всем этим справились.   

Что дает эта технология? Повышение газоотдачи газовых пластов?

Технология позволяет продлить срок жизни тех газовых месторождений, где имеющегося давления уже недостаточно для традиционного способа добычи. Эта технология не нова, ее уже несколько десятилетий применяют в США и Канаде. Но в России мы являемся одними из первых, кто применяет такое оборудование в условиях экстремального климата. В результате жизненный цикл газового месторождения продлевается  на несколько лет.

Нефтегазовая отрасль являются для Вас весьма стабильным рынком  в долгосрочной перспективе?

Так как в российском экспорте на данный сектор приходится примерно три четверти доходов, перспективы, конечно, хорошие. Но для нас есть еще другая перспективная отрасль - машиностроение. В России данная отрасль промышленности развивается все еще недостаточно быстро.  Россия находится в числе тех рынков, с которыми мы связываем самые большие надежды. В концерне GЕA России отводится стратегическое значение в том числе таких секторах как промышленный холод и сжатие газа.

В чем сложность в этом году?

Прежде всего, застой в экономике, который отчетливо обозначился еще до событий на Украине. Эти факторы приводят к тому, что в сфере негосударственного финансирования спрос на промышленное холодильное оборудование резко упал, в частности в сфере переработки продуктов питания.

Что не так с инвестиционными проектами?

Предприятия получают кредиты на существенно худших условиях или вообще не могут их получить. Инвесторы также проявляют сдержанность. В принципе после событий вокруг Крыма была надежда, что ситуация успокоится и появится больше уверенности в быстром восстановлении экономики, но, к сожалению, ситуация только все больше и больше обострялась. Негативно сказывается, конечно же, и динамика курса рубля.

Какие аргументы Вы приводите российским клиентам в качестве ответа на вопрос о надежности поставок?

До сих пор санкции никак не ограничивали наш бизнес. Но, конечно же, постоянно поступают вопросы от наших клиентов, особенно из нефтегазового сектора и химической промышленности. В связи с введенными санкциями появляются неверные интерпретации, которые требуют прояснения и  детализации. Мы надеемся на скорейшую деэскалацию обстановки.

Мы также наблюдаем внесение изменений в условия проведения тендеров, причем однозначно не в пользу зарубежных участников.

Насколько сильны позиции конкурентов из неевропейских стран?

Сегодня азиатские производители пока не являются нашими постоянными конкурентами, но уже послезавтра они могут ими стать. Как GEA мы также выполняем  сборку в Китае, то есть у нас здесь неплохие позиции. Невзирая на текущую экономическую ситуацию, мы планируем локализацию производства в России. В данной сфере наш рост идет органично. С каждым новым заказом мы повышаем степень локализации производства, сочетая применение стандартных решений и гибкий подход, когда по запросу клиента реализуются индивидуальные решения, разработанные специально для России. Тем самым мы повышаем свою конкурентоспособность. Мы также все чаще прописываем в договоре дополнительный клиентский контроль за нашим производственным процессом, тем самым наглядно подтверждая свое присутствие здесь в стране. Пока мы арендуем монтажные цеха, но и здесь у нас есть конкретные планы, которые мы реализуем, как только восстановится конъюнктура рынка.

Локализация для Вас – вынужденная мера, как это имеет место в других отраслях промышленности?

Нет, в отличие, скажем, от автомобильной промышленности у нас нет подобных  предписаний. Но когда в тендере участвуют равноценные претенденты, локализация дает несомненное преимущество. Существует принципиальное различие между агрегатной и полной сборкой установкой. Агрегатная сборка – это расширенный вариант бизнеса с комплектующими компонентами. В зависимости от конъюнктуры, мы ежегодно реализуем в России 40-80 агрегатов. Вокруг агрегатов выстраивается непосредственно сама установка, которую целиком проектируют наши инженеры здесь, в Москве. Наше детище – это как бы автомобиль, а двигатель мы пока получаем от поставщиков GEA за рубежом.

Ключевым элементом такой установки обычно является винтовой компрессор, который собирают на нашем заводе в Берлине. Из заказанных у сторонних фирм  комплектующих мы собираем агрегат. Сегодня многие комплектующие мы уже закупаем в России. Например, часть кабелей и электродвигателей российского производства. Но что по-настоящему отличает нас от конкурентов, это предлагаемое нами послепродажное обслуживание.

К настоящему времени мы уже наладили агрегатную сборку в России, что позволит нам добиться максимальной степени локализации и тем самым выполнить требования импортозамещению.

Как в конечном результате соотносятся между собой поставка и услуги?

В нашем сегменте рынка маржа поставщиков промышленных установок пока еще существенно выше, чем в Западной Европе. Исторически так сложилось, что в российских компаниях все еще много персонала, отвечающего за текущее техническое обслуживание оборудования. Но явно прослеживается тенденция к аутсорсингу такого рода услуг. Именно здесь мы и предлагаем свои наработки, ноу-хау, запасные части, технические знания наших высококвалифицированных инженеров. Самое быстрорастущее подразделение нашей компании – это сервисная группа, на которую приходится более четверти от общего числа работников. Доля сервиса в общем объеме продаж составляет 10-20%, в то время как у наших западных коллег этот показатель может достигать 70%. Особый интерес, конечно, представляют техническое обслуживание и сервис в нефтегазовой отрасли и на электростанциях, так как объемы заказов здесь выше.

Сегодня Вы широко представлены в российских регионах?

Мы работаем во всех регионах: у нас имеется полноценный филиал в Екатеринбурге, насчитывающий 10 сотрудников, сервисное подразделение в Санкт-Петербурге (4 сотрудника) и небольшое представительство во Владивостоке. Но мы планируем расширяться дальше. Весьма вероятно, что следующее представительство мы откроем в Новосибирске.

Расширение всегда движется на восток?

​​Да, это так. И еще мы, конечно, следуем за нефтегазовой отраслью. Ведь новые месторождения осваиваются в Восточной Сибири, на Камчатке. При этом на Сахалине и Камчатке работают преимущественно наши коллеги из Японии. Однако в этой конкурентной среде мы являемся крупнейшей компанией, имеющей 99% российских работников и способной реализовывать проекты под ключ.

Таким образом, мы досконально знаем местные условия, и это нам, конечно же, невероятно помогает. Я единственный сотрудник компании, для кого русский язык не родной, но при этом свободно говорю по-русски.

Все это звучит очень позитивно. В чем же сложности работы в России?

Сложная тема - комплайенс…Наш принцип – нетерпимость к коррупции в любых проявлениях, и это далеко не всегда облегчает наш повседневный бизнес. Ведь подобный подход срабатывает только при условии, что его разделяют все наши сотрудники, а также наши покупатели. Однако на практике мы наблюдаем пресловутые «двойные стандарты». Все чаще поставщики отказываются от участия в тендерах, так как знают, что условия победы в тендере несовместимы с их корпоративными принципами.

Мы активно обмениваемся с другими компаниями информацией о том, какие из партнеров надежны, а какие нет. Было бы неплохо иметь и в ВТП подобный сервис, позволяющий выяснить, с какими компаниями уже имеется позитивный опыт сотрудничества в рамках комплайенс.

Наша команда, состоящая в том числе из 90 российских инженеров вносит свой вклад в развитие страны. Сегодняшние политические конфликты вредят всем сторонам. Несмотря на то, что мы являемся ответственным работодателем, мы с глубоким сожалением расстаемся с квалифицированными сотрудниками в связи с текущей экономической ситуацией, на которую мы не имеем влияния. Однако мы не теряем надежду на успешное процветание в России.

← к статьям